Как время лечит душевные раны

49
Как время лечит душевные раны


Время — штука загадочная. Великие умы бились над его тайнами, но ясности не прибавилось. Известно лишь, что все ждут, когда оно придёт, а время только уходит

Тогда плакали, а теперь смеёмся

Уходя, время уносит молодость, красоту, здоровье, родных и любимых… Стоп, вздохи и минорные настроения — оставить! Лучше подумайте, что время также избавляет от ненужного груза — страхов, боли, сомнений, разочарований. Ни один психотерапевт не вылечит от переживаний так надёжно, как время, вот если бы ещё быстрее…

Никто не знает, почему так происходит: спустя годы вы смеётесь над тем, что когда-то заставляло рыдать сутки напролёт. Вы повзрослели, научились держать удар, отделять главное от второстепенного, приобрели опыт. Случись досадная неприятность, вы, конечно, бледнеете. Но уже в следующую секунду берёте себя в руки: «Так, эмоции обуздать. Совсем скоро я буду смеяться над этим».

Вот на этой радостной ноте и зафиксируем вывод: однажды всё трагичное покажется забавным. Ну или хотя бы не стоящим внимания. А прямо сейчас наши героини вспомнят, над чем сначала горько плакали, а потом перестали.

Не слушалась маму

«Лишь однажды я испытывала жуткий ужас, слава Богу, больше такого не было. Но тогда, в пять лет, натерпелась на три жизни вперёд. Дело было так. Мы с детсадовской подружкой устроили побег со двора. Мама разрешала гулять только под окнами, в пределах видимости. А мы взяли и ушли — и куда? В лес, к речке. То есть совершили преступление со множеством отягчающих обстоятельств: покинули двор, перешли дорогу, ушли в лес, пришли к речке. Согласитесь, есть от чего хвататься за сердце, даже если ребёнок постарше, а тут две «дюже умные» кнопки в гольфиках и косичках.

Стоим себе на бережку, возимся в сыром песке, глядь — папа подружки-соучастницы бежит с крапивным стеблем. Переволновался, «жиганул» кровинушку, меня, конечно, не тронул. Но сказал сурово: «Всё расскажу твоей маме». Боже, лучше бы прямо на месте всыпал…

Нет, я не боялась нагоняя от мамы, очень не хотелось её расстраивать: человеку пять лет, а он не слушается. Трагедия. Мама умела так вздыхать и смотреть та-а-кими глазами, что лучше не надо…

Полезно почитатьЧитайте также:
Симптомы сезонной депрессии и как с ней бороться?

«Подельницу» папа отвёл домой, меня проводили до подъезда, мама придёт позже. На шее у меня ключ на верёвочке, как у всей тогдашней детворы. Иду по порожкам на свой пятый этаж, терзаю ключ в кулачке, рыдаю, потому что знаю: не нужна маме такая никчёмная дочь, ничего путного из меня не вырастет. А раз так — надо просто и гордо уйти. Мама поплачет, а потом забудет. Купит себе новую девочку или мальчика, ну или в капусте найдёт, взрослые умеют это решать.

А я уйду в лес. Буду жить среди волков, есть траву. Конечно, мне будет страшно. И голодно. И холодно. Шалаши строить не умею, придётся ночевать на голой земле. Дай хоть коврик резиновый заберу, который перед дверью лежит…

Свернула его, взяла под мышку и пошла вниз по ступенькам. Домой не заходила, чтобы не рвать сердце: ушла так ушла. Иду, реву, прижимаю коврик. Жалко себя, жалко маму. У неё впереди океаны слёз, у меня — голодная лесная жизнь с волками и бабайкой.

И тут навстречу мама. Наверное, была очень сердита, поскольку дядя Дима уже всё рассказал про побег. Но увидела свое чадо — чумазое, зарёванное, готовое к экстремальному ночлегу — и сама чуть не расплакалась.




Меня привели домой, коврик положили на место, умыли и напоили киселём. Наказывать мама не стала, даже без постановки в угол обошлось. Но всё равно, засыпая, я плакала: очень уж страшно было жить одной в лесу. И маму жалко…

Сейчас я смеюсь, вспоминая эту историю. Но как вспомню свои переживания во время прогулки в обнимку с ковриком — врагу не пожелаешь…» Юлия, 28 лет.

Страдала от придирок шефа

«Однажды нам с коллегами привалило «счастье» в лице промежуточного начальника. Но он с первых же минут в коллективе повёл себя как самый-самый: признавал авторитет только «верховного босса», остальных в упор не замечал. И им ещё повезло, потому что меня новый назначенец люто невзлюбил.

Леониду Владимировичу (пусть будет так) не давал покоя мой юный возраст, благополучие моих родителей, да и вообще факт моего существования. 46-летний взрослый мужчина не стеснялся терроризировать 20-летнюю девчонку и не гнушался никакими способами, лишь бы выставить меня дурой.

Нелепые комментарии, идиотские шутки, злые реплики — он мог позволить себе всё, начальник же. А я молчала и глотала слёзы, а потом рыдала в дамской комнате. Работа стала кошмаром, жила от выходных до выходных. В компании сверстников от меня мало было толку, норовила каждому рассказать о зверствах своего патрона. Вроде бы он был промежуточным начальством, но в моей жизни стал центральной фигурой.

Полезно почитатьЧитайте также:
Арт-терапия против хандры

Если ждёте истории, как в один момент мучитель перевоспитался и мы стали лучшими друзьями, то разочарую. Мои страдания закончились, когда я ушла в декретный отпуск. А когда вернулась, его уже не было, куда-то перевели.

Сейчас не понимаю, зачем вообще обращала внимание на придирки маразматика, надо было поберечь нервы. Не скажу, что смеюсь над теми событиями, но время действительно обладает волшебным эффектом. Когда-то Леонид Владимирович казался громадным монстром, он заполнял каждый мой день, всё сознание. А сейчас превратился в глупого мелкого тролля: «усох» со временем…» Анастасия, 26 лет.

Злилась на родителей

«Мне было 17 лет, и в сердце пылал пожар. Причиной был мускулистый Вовка, который тоже горел и пылал. Но Вовка уже учился в техническом колледже, ему легче страдать, а у меня выпускные экзамены в школе на носу, которые откровенно могла пустить под откос, потому что не хотела тратить время на учебники и репетиторов. Хотелось гулять с Вовкой, мечтать, как вскоре мы поженимся и будем счастливы.

Но родители не сдавались, особенно наседала мама. Дожидалась с прогулки «Джульетту» и свирепой бормашиной сверлила мой мозг: «Рано ещё влюбляться. Таких «Вовок» будет ещё вагон и маленькая тележка. Образование важнее. Марш за учебники…»

Мама казалась хуже фашиста. Каждая её фраза больно хлестала, особенно про то, что Вовка — «транзитный» персонаж в моей жизни. Как она не понимает, что любовь — самое главное событие для человека? Как она может так о Вовке?



Господи, как я плакала. Кусала подушку и думала, за что мне достались такие родители, хуже шекспировских Монтекки и Капулетти вместе взятых. Заодно оплакивала нас с Вовкой: на дворе весна, за окном бушует май, а тут какой-то немецкий язык надо учить.

Я удачно сдала экзамены, поступила в вуз. К моменту зачисления в ряды будущих юристов мы с Вовкой уже расстались. Причём не из-за немецкого, просто так бывает…

Сейчас вспоминаю свои «страдания» с улыбкой. Да и мама была права: за годы учёбы ухажёры ходили толпами, но престижный диплом оказался важнее». Анна, 29 лет.

Оплакивала расставание

«Начну с несмешного и даже трагичного — полтора года коту под хвост. Столько я «болталась» в состоянии невроза. С лучшим мужчиной на свете мы провели вместе пару лет, но так и не пришли к общему знаменателю. Расставание было продолжительным и бурным: он приходил мириться, я отказывала. Потом я шла с повинной, а он не принимал извинения. Но однажды наступило тотальное молчание, тут-то и начались мои «гонки по вертикали»…

События тех дней помню смутно, на автопилоте ходила на работу и возвращалась домой. Не было сил даже на то, чтобы переодеться: в чём была, в том и плюхалась на диван. Тыкала кнопку на пульте, что-то смотрела, над чем-то плакала. Тихая депрессия — штука неприятная, человеку просто не хочется жить…

Полезно почитатьЧитайте также:
Как избавиться от депрессии?

Как уже сказала, эпоха безвременья продлилась полтора года. Затем стали появляться нормальные человеческие желания — приготовить вкусненькое, купить новое платье, сходить в кино.

Сейчас всё в порядке. Вспоминаю своё полуторагодовое возлежание на диване с грустной улыбкой: конечно, жаль потраченных месяцев, но по-другому не получилось бы. Если не получается радоваться жизни, не надо фальшивить и принуждать себя. Это как перенести болезнь на ногах, ненужный героизм отзовётся хронической «побочкой». Зато, если позволить себе полноценный «постельный режим», хворь уйдёт, а у вас выработается иммунитет. Сейчас, встретив его на улице, я спокойна: отболело-отгорело, возврата к прошлому нет». Наталья, 32 года.

* * *

Как видите, все трудности, возникающие в жизни, временные. На смену чёрной полосе обязательно придёт белая. Нужно только немного подождать и всегда верить в лучшее. А время само сделает своё дело, ведь оно действительно лечит.

Текст Марта Прелесная



Оставить комментарий:

Please enter your comment!
Please enter your name here

четыре × 3 =